В четверг 2 апреля в Москве на 82-м году жизни умерла Наталья Леонидовна Трауберг. Благодаря ее переводам, мы читаем Льюиса, Честертона, Вудхауза и многих других замечательных авторов.
Со святыми упокой, Христе Боже, душу новопреставленной рабы Твоей Наталии.
светом дышащая родная
Царствие Небесное

(NLTrauberg.jpg)

NLTrauberg.jpg (5KB - 79 downloads)

Памяти Натальи Леонидовны Трауберг

Ольга Седакова о Наталье Леонидовне Трауберг

(samizdat-Lewis.jpg)

samizdat-Lewis.jpg (58KB - 80 downloads)

Сегодня 10 лет со дня кончины поэта Вениамина Блаженного (Айзенштадта).

Упокой, Господи, душу раба Божиего Вениамина, и даруй ему Царствие Небесное. Вечная память.

Здесь отрывок из фильма Сергея Головецкого о Вениамине Михайловиче.

Стихи

(Veniamin Blazenniy.jpg)

Veniamin Blazenniy.jpg (5KB - 59 downloads)

Священник Сергий Круглов
О СМЕРТЬ, ТЫ - СВЕТ
                                        памяти всех святых
    Мальчик гулял весь день, прибежал вечером домой, потный, исцарапанный, грязный, счастливый, переполненный  летним бесконечным днем…  На кого ты похож! – мама всплеснула руками, погнала в ванную. Вот оно, горе мальчика: сейчас станет запихивать одежду в стиральную машину, вывернет карманы шорт – а в них все его сокровища: камешек, гайка, ржавый ключ, осколок увеличительного стекла, солдатик без головы, монетка, воронье перо… всё, всё выбросит в мусоропровод! Чисто вымытый, в детской, полной сиреневых полутеней, свернувшись под крахмальным прохладным пододеяльником, он безутешно, безысходно, всем существом своим  плачет над утраченными драгоценностями детства. С этим горем он и уснет, с ним и проснется. И что же? глядь – а вот же оно всё, ничего не пропало! все жизненно важные сердцу предметы, очищенные от грязи материнской рукой, аккуратно лежат в коробочке на тумбочке у кровати. И тогда, ранним прозрачным золотым и травянистым июльским утром, он плачет снова, уже другими, совсем другими слезами, - слезами, которые бывают в жизни всего три или четыре раза, слезами, от которых растут.
    Так и ты, смерть. Мы боимся и ненавидим тебя, называя тьмой, в глубине-то души догадываясь, что на самом деле ты – свет. Бескомпромиссный, неумолимый, пылающий свет, высвечивающий главное, яростно сжигающий всю эту дребедень, все эти маленькие, драгоценные, усокровиществованные за годы земной жизни мелочи, хрупкие, нелепые, тленные.
    И только тот, кто, отворив раскаленную дверцу и жмурясь от невыносимого трескучего жара, ступает на твой порог хотя бы с каплей благодарности и любви в сердце, пройдет тебя насквозь и там, на той стороне, обнаружит, что ничто, ничто, ничто не погибло.

1.08.2009г.

   Анечка, прочитал сейчас твой удивительный пост в теме "А вот интересно..." - "про горшок и звезды..." и, почти синхронно получил скорбную весть. После Рождества Христова (9 января), на 71-м году жизни, от воспаления легких, умер Сергей Григорьевич Козлов, автор самых замечательных сказок, сценариев к мультфильмам, стихов и детских песенок. Светлая память волшебнику наших дней. Царствие Небесное

   Сергей Козлов
   Правда, мы будем всегда?

   «Неужели все так быстро кончается? – подумал Ослик. – Неужели кончится лето, умрет Медвежонок и наступит зима? Почему это не может быть вечно: я, лето и Медвежонок? Лето умрет раньше всех, лето уже умирает. Лето во что-то верит. поэтому умирает так смело. Лету нисколько себя не жаль – оно что-то знает. Оно знает что оно будет снова! Оно умрет совсем ненадолго, а по– том снова родится. И снова умрет... Оно привыкло. Хорошо, если бы я привык умирать и рождаться. Как это грустно и как весело!..»
   Медвежонок зашуршал опавшей листвой.
   – О чем ты думаешь? – спросил он.
   – Я?.. Лежи, лежи, – сказал Ослик.
   Теперь он стал вспоминать, как они встретились, как под проливным дождем пробежали весь лес, как сели отдохнуть и как Медвежонок тогда сказал:
   – Правда, мы будем всегда?
   – Правда.
   – Правда, мы никогда не расстанемся?
   – Конечно.
   – Правда, никогда не будет так, чтобы нам надо было расставаться?
   – Так не может быть!
   А теперь Медвежонок лежал на опавших листьях с перевязанной головой, и кровь выступила на повязке. «Как же это так? – думал Ослик.– Как же это так, что какой-то дуб разбил Медвежонку голову? Как же это так, что он упал именно тогда, когда мы проходили под ним?..»
   Прилетел Аист.
   – Лучше?.. – спросил он.
   Ослик покачал головой.
   – Как грустно! – вздохнул Аист и погладил Медвежонка крылом.
   Ослик снова задумался. Теперь он думал о том, как похоронить Медвежонка, чтобы он вернулся, как лето. «Я похороню его на высокой-высокой горе, – решил он, – так, чтобы вокруг было много солнца, а внизу текла речка. Я буду поливать его свежей водой и каждый день разрыхлять землю. И тогда он вырастет. А если я умру, он будет делать то же самое, и мы не умрем никогда...»
   – Послушай,– сказал он Медвежонку, – ты не бойся. Ты весной вырастешь снова.
   – Как деревце?
   – Да. Я тебя буду каждый день поливать. И разрыхлять землю.
   – А ты не забудешь?
   – Что ты!
   – Не забудь, – попросил Медвежонок.
   Он лежал с закрытыми глазами, и если бы чуть-чуть не вздрагивали ноздри, можно было бы подумать, что он совсем умер.
   Теперь Ослик не боялся. Он знал: похоронить – это значит посадить, как деревце.

Сергей Козлов. Юрий Норштейн. «Ёжик в тумане» (Издание 2006 года. Иллюстрации Франчески Ярбусовой). 

Вчера в 23.30 умерла Елена Андреевна Шварц. Вечная память.

* * *
                                   Михаилу Шварцману
Ткань сердца расстелю Спасителю под ноги,
когда Он шел с крестом по выжженной дороге.
Потом я сердце новое сошью.
На нем останется и пыль с Его ступни,
и тень креста, который Он несет, –
все это кровь размоет, разнесет,
и весь состав мой будет просветлен,
и весь состав мой будет напоен
страданья светом.
Есть все – тень дерева, и глина, и цемент.
От света я возьму четвертый элемент
и выстрою в теченьи долгих зим
внутригрудной Ерусалим.
 

Елена Шварц

(elena shvarts.jpg)

elena shvarts.jpg (23KB - 22 downloads)

Елена Шварц (1948-2010)

Маленькая ода к безнадежности

"Душа моя скорбит смертельно", -
сказал он в Гефсиманской мгле.
Тоска вам сердце не сжимала?
И безнадежность не ворчала,
Как лев на раненом осле?
И душу боль не замещала?
Так вы не жили на земле.

Младенцы в чревесах тоскуют
О том, что перешли границу
Непоправимо, невозвратно -
Когда у них склубились лица.

А мытарь с каждого возьмет
Обол невыносимой боли -
Пожалте денежку за вход -
И вы увидите полет
Орла и моли.

Моцарта кости в земле кочуют,
Флейты звенят в тепличном стекле,
Они погибели не чуют,
Они не жили на земле.

1997

Вчера - 20 лет со дня ухода Венички Ерофеева.
Покойся с миром, раб Божий Венедикт. Пусть Господь будет милосерд к тебе, грешному. Помилуй нас, Господи, по велицей милости Твоей.

(V-Erofeev.jpg)

V-Erofeev.jpg (11KB - 19 downloads)