|
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
  
Location: Minsk | Дорогие Братья и Сестры.
Сегодня, в светлый день Преображения Господня я решил открыть тему, которая очень надеюсь, важна не только для одного меня.
С Праздником, Дорогие.
Преображение Господне
Западные христиане празднуют этот день 6 августа, а православные - 19 августа по новому стилю, что соответствует 6 августа по юлианскому календарю.
Праздник посвящен воспоминанию евангельского повествования о Преображении Иисуса Христа (Мф. 17:1-13, Мк. 9:1-12, Лк. 9:28-36). Как описывают Евангелия, за сорок дней до смерти Иисус вместе с апостолами Петром, Иоанном и Иаковом поднялся для молитвы на гору Фавор и там лик Его преобразился, а одежда сделалась белой. С преобразившимся Христом беседовали явившиеся пророки Моисей и Илия, которые олицетворяют Закон и служение пророков. Беседующих осенило облако, из которого раздался голос Божий: "Сей есть Сын Мой Возлюбленный; Его слушайте".
Христианское вероучение истолковывает это событие как открытие тайны Божественного промысла о спасении человека: в Преображении не только раскрывается в славе Божество самого Иисуса Христа, но и показано обòжение всей человеческой природы, совершившееся через Его воплощение.
В некоторой степени Праздник Преображения связан и сопоставим с ветхозаветным праздником Кущей. "Если хочешь, сделаем здесь три кущи", - говорит Петр Иисусу (Мф. 17:4). Эту связь подтверждает и традиция совершать в праздник Преображения (как и во время праздника Кущей) освящение плодов. На Востоке к началу августа поспевают злаки и виноград, которые христиане приносят в храм для благословения в знак благодарности Богу за дарование этих плодов. Часть этого урожая в первые века христиане жертвовали в храм для совершения таинства Евхаристии.
В христианстве освящение плодов в день праздника Преображения приобрело особое символическое значение: в Преображении Христа показано то новое, преображенное и благодатное состояние, которое человек и мир обретают Воскресением Христа и которое осуществится в воскресении всех людей. И вся природа, которая пришла в расстройство с того момента, когда в мир через человека вошел грех, теперь вместе с человеком ожидает грядущего обновления.
В тех странах, где не растет виноград, установился обычай освящать вместо винограда яблоки. Поэтому в народе праздник Преображения получил также название Яблочный Спас.
Праздник Преображения отмечается Восточной Церковью с IV века. В календарь Западной Церкви он был введен папой Каликстом III в 1457 году. В традиции Армянской Церкви праздник Преображения включен в пасхальный цикл, является подвижным и отмечается в седьмое воскресенье после Пятидесятницы.
Митрополит Сурожский Антоний.
Три проповеди.
Преображение Господне
19 августа 1973 г.
Праздник Преображения раскрывает перед нами славу Богом созданной твари. Не только Христос явился в славе Отчей, в славе Своей Божественной в этот день перед Своими учениками: Евангелие нам говорит, что Божественный свет струился из Его физического тела и из той одежды, которая его покрывала, изливался на все, что окружало Христа.
Здесь мы видим нечто, что прикровенно уже раскрывалось нам в Воплощении Христовом. Мы не можем без недоумения думать о Воплощении: как оказалось возможно, что человеческая плоть, материя этого мира, собранная в теле Христовом, могла не только быть местом вселения Живого Бога – как бывает, например, храм – но соединиться с Божеством так, что и тело это пронизано Божественностью и восседает теперь одесную Бога и Отца в вечной славе? Здесь прикровенно открывается перед нами все величие, вся значительность не только человека, но самого материального мира и неописуемых его возможностей – не только земных и временных, но и вечных, Божественных.
И в день Преображения Господня мы видим, каким светом призван воссиять этот наш материальный мир, какой славой он призван сиять в Царстве Божием, в вечности Господней... И если мы внимательно, всерьез принимаем то, что нам здесь открыто, мы должны изменить самым глубоким образом наше отношение ко всему видимому, ко всему осязаемому; не только к человечеству, не только к человеку, но к самому телу его; и не только к человеческому телу, но ко всему, что телесно вокруг нас ощутимо, осязаемо, видимо... Все призвано стать местом вселения благодати Господней; все призвано когда-то, в конце времен, быть вобрано в эту славу и воссиять этой славой.
И нам, людям, дано это знать; нам, людям, дано не только знать это, но и быть со-трудниками Божиими в освящении той твари, которую Господь сотворил... Мы совершаем освящение плодов, освящение вод, освящение хлебов, мы совершаем освящение хлеба и вина в Тело и Кровь Господни; внутри пределов Церкви это начало чуда Преображения и Богоявления; верой человеческой отделяется вещество этого мира, которое предано человеческим безверием и предательством тлению, смерти и разрушению. Верой нашей отделяется оно от этого тления и смерти, отдается в собственность Богу, и Богом приемлется, и в Боге уже теперь, зачаточно, поистине делается новой тварью.
Но это должно распространиться далеко за пределы храма: все без остатка, что подвластно человеку, может быть им освящено; все, над чем мы работаем, к чему мы прикасаемся, все предметы жизни – все может стать частью Царства Божия, если это Царство Божие будет внутри нас и будет, как сияние Христово, распространяться на все, к чему мы прикасаемся...
Подумаем об этом; мы не призваны поработить природу, мы призваны ее освободить от плена тления и смерти и греха, освободить ее и вернуть в гармонию с Царством Божиим. И поэтому станем вдумчиво, благоговейно относиться ко всему этому тварному, видимому нами миру, и послужим в нем соработниками Христовыми, чтобы мир достиг своей славы и чтобы нами все тварное вошло в радость Господню. Аминь.
О Преображении Господнем
23 августа 1981 г.
Бывают в духовной жизни, но даже и в самых простых моментах человеческой жизни, мгновения, которые так прекрасны, так дивны, что хотелось бы, чтобы время, жизнь, вечность на них остановились и никогда ничего другого не случалось бы.
Это произошло с Апостолами, которых Христос взял с Собой на гору Преображения, и это выразил Петр, когда сказал: Господи! Нам здесь хорошо! Построим три кущи – Тебе одну, Моисею одну, одну Илии, и останемся здесь, осиянные этим невещественным, Божественным светом, окутанные этим дивным покоем... Ни Петр, ни другие Апостолы не заметили того, что потом они сами поведали другим: что Христос преобразился – то есть явился в сиянии вечной славы – в момент, когда Моисей и Илия говорили с Ним о грядущем Его восходе в Иерусалим и распятии.
Здесь, как и в стольких местах Нового Завета, мы видим, что, как и мы, Апостолы способны уловить светлое, дивное – и так часто пройти мимо того, чего Христу это стоит. Святой Серафим Саровский, говоря с одним из своих посетителей, сказал ему: Проси у Бога именем Христа то, что тебе нужно, но помни: какой ценой Христос получил власть тебе это даровать... Этим он хотел сказать: Не проси ни о чем, что недостойно Божией крестной любви, смерти, распятия Спасителя Христа...
Как и Апостолам, в моменты самые светлые нам хотелось бы, чтобы время остановилось и чтобы нам пребыть навсегда – в чем? – в забытьи! Чтобы нам навсегда забыть, что в нашей жизни и в жизни других людей порой происходит страшное: что бывает одиночество, бывает болезнь, бывает страх, бывают ужасы всякого рода; хотелось бы войти в этот дивный покой преображенного мира, которого мы все ожидаем, но который еще не явлен, еще не стал действительностью. В него мы должны верить, его мы порой имеем возможность пережить с большой, преображающей нас глубиной. Но мы должны помнить, что это переживание нам дано для того, чтобы принести в темный, скорбный, холодный мир сияние Преображения.
Когда Моисей на Синайской горе стоял перед Богом, озаренный Божией славой, он так приобщился к ней, что, когда спустился с горы, люди не могли вынести сияние его лица. Вот какими мы должны бы быть, когда переживем земное или небесное чудо, чудо преображения. И то, что случилось с Апостолами, то, что случилось с Моисеем, должно случиться и с нами: ни Моисей не остался на горе Синайской в видении Божием, говоря с Богом, как друг говорит с другом; ни Апостолам не было дано остаться на дивной горе Преображения; Христос сказал им: Пойдем отсюда...
И пришли они в долину, на равнину палестинскую, и застали там то, о чем мы слышали сегодня: неизбывное горе отца, родителей, друзей от того, что неисцельная болезнь поразила ребенка, и еще, может быть, более скорбный ужас о том, что и ученики Христовы, к которым обращался отец, ничем не смогли помочь – помог только Христос. Помог Он тем, что исцелил ребенка; но когда ученики Его спросили – Почему мы не смогли этого сделать? – Он им сказал: Этот род изгоняется только молитвой и постом.
И вот нам дается, по временам, это переживание преображенного мира, переживание чего-то дивного, божественного – вошедшего в жизнь. И, пережив это, мы должны это сохранить как самое драгоценное и войти в мир для того, чтобы этим поделиться. Поделиться же этим мы сможем, только если возьмем на себя подвиг поста и молитвы: не только вещественного, физического поста, но воздержания от всего, что центром своим имеет нас самих, от всякого себялюбия, всякого эгоизма, всякой жадности душевной или духовной, а не только телесной, от желания всякого обладания... И это мы можем осуществить, только если мы будем молиться; и опять: не только произносить молитвенные слова, не только как бы заставлять себя войти в мысль и дух святых, но всеми силами стремиться к тому, чтобы в тусклом, темном, осиротелом мире оставаться в общении с Живым Богом, Который есть и свет, и радость, и жизнь...
Подумаем о Преображении; подумаем о нашем опыте преображенного мира, о тех мгновениях или периодах, когда все внутри и вокруг нас было озарено действительно Божественным светом; и с этим светом пойдем к каждому человеку, во все обстоятельства жизни, и принесем туда свет Христов. Аминь.
Преображение Господне
19 августа 1990 г.
Бывает, что человек, которого мы знали близко, который казался знаком нам, знаем нам до самых глубин, вдруг предстанет перед нами, каким мы никогда его не видели, никогда не чуяли. Это бывает, когда коснется нас до самых глубин откровение любви, когда мы новыми глазами видим человека, видим его, как видит Бог: во славе, то есть сияющий из его глубин образ Божий, который обычно от нас как бы утаен, закрыт: и нашей слепотой и несовершенством человека.
Но бывает, что мы человека увидим по-новому, когда его самого коснется такая глубина радости или такое горе, что из самых недр его воссияет свет. Бывает, что радость человека преображает, но бывает, что предельный ужас боли, горя пробивается до самых недр человека и сияет обратно светом, когда это горе, эта боль не соединяются ни с горечью, ни с мстительностью, а остаются в чистоте распятием человека, ужасом, который его обдал.
Из этих образов мы можем понять, что случилось на Фаворской горе, когда Христос стоял между Моисеем и Илией – один представлял Закон, другой – всех пророков – и беседовал с ними о том, чему надлежит быть, о том, что идет Он теперь на смерть, на распятие по любви Божественной и по Своей человеческой отдаче для спасения мира. В этот момент пробился Божественный свет, охватил все Его естество, и ответно воссияла Его человеческая природа, отдавшаяся до конца Живому Богу на смерть.
И Его ученики тогда увидели, Кто Он есть: Агнец Божий, распятый для спасения мира еще до того, как создан был мир. Для того чтобы войти в это видение, им надо было самим приобщиться в какой-то мере тому, что совершалось. Церковное предание говорит, что эти три ученика представляли собой: один – веру, другой – любовь, третий – праведность. И вот из глубин своего естества они уловили нечто о совершающемся, увидели свет, который лился от Христа на все окружающее, который делал Его одежды белоснежными, который падал на все окружающее, вызывая во всем ответную жизнь и отклик. И они вошли во славу Божию, в то же облако, которое осеняло Синайскую гору, когда Бог говорил с Моисеем, как с другом Своим; и было так хорошо, другого ничего не нужно было, кроме как быть перед лицом славы Господней.
Но ученики не уловили причину, они не уловили, что только потому им так была открыта слава Божия, что их Учитель, Господь, Друг шел на смерть; им хотелось остаться в этой радости, никогда не отлучаться от преображенного Христа: но именно для этой разлуки и пришли Моисей и Илия беседовать о ней со Спасителем. И когда ученики захотели остаться, Христос им ответил: Нет!.. – и повел их в долину, с высот Фаворской славы в ужас земной нужды, земной трагедии. Они там встретили отца, который отчаялся в спасении своего ребенка; они застали там других учеников Спасителя, которые ничего не смогли сделать для отца с ребенком.
Фавор, слава неразлучно связаны с возвращением во тьму и с распятием, со смертью, со схождением Христа во ад. И только после этого, когда все будет совершено, воскреснет Господь в славе уже неотъемлемой.
Поймем же, что, когда нам дано человека или Живого Бога нашего восприять в этой славе, – это говорит о том, что пришло и нам время, вглядевшись в Фаворскую тайну, войти в мир, в трагический мир, во тьму мирскую, чтобы принести тот свет, который и во тьме светит и которому тьма бессильна воспрепятствовать. Это наше призвание, как это было призванием учеников и как это было делом Христовым. Аминь.
 (preobrazh.gif)
Attachments
----------------
 preobrazh.gif (22KB - 455 downloads)
|
|
| |
|
Veteran
Status: Offline
Posts: 160
Location: Минск | И Тебя тоже сердечно поздравляю с Преображением Господним!!! А также всех-всех членов нашего форума!!! |
|
| |
|
Veteran
Status: Offline
Posts: 162
| я тоже присоединяюсь к вам, друзья мои,
и поздравляю всех! |
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 1196
Location: внешняя Гаванна | как раз сегодня утром, в конце рабочей смены,тоже имел религиозно-просветительский разговор с сослуживцами. Дело в том что с нами работает мужик Raymon, ну мужик как мужик ,но есть у него одна особенность - спит каждый день после работы не как обычные люди 5-7 часов а 11(!)Я называю это double snoozze  Ну и вот, что-то переклинило меня и стал я в слух размышлять куда-же он попадет после смерти? Получилось что 100% в Рай!Доказывается легко. 11 часов в сутки он спит. 8 часов и 30 минут работу работает. 1 час и 30 минут тратит на то что бы добраться до работы и столько-же что бы вернуться домой. Итого: 22 часа и 30 минут ежедневно он тратит на сон, работу и дорогу.Остаётся каких-то 1 час и 30 минут из его расписания, неизвестных нам. Так? Так. Но и тут мы с легкостью и уверенностью можем сказать, что это время он тратит на элементарный уход за своим организмом.Кормицца, поицца, умываецца..причем делает всё это, судя по всему, достаточно быстро , не имея времени даже на "дурные" мысли). Я спросил своих сослуживцев: Имеет-ли Raymon время грешить? И задаю Вам этот же вопрос сейчас... Вот и выходит что я лично, знаком с человеком который 100% после смерти окажется в Раю, поскольку просто не имел времени грешить при жизни! Ом. |
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
Location: Minsk | Рэймону сердечно-пламенный привет из города-героя Минска.
Если опыт жизни этого человека вызвал такой вопрос, думаю, что его история действительно особенная. Я вижу его не глазами. Судить, где уготовлено Рэймону место, я не могу. Расчеты и процентные вычисления рациональны и отвлеченны. Если по тому, что Ты пишешь, то Рэймон попадет в Рэй.
«Нет такого человека, чтобы он прожил на земле и не согрешил».
«Потому что все согрешили и лишены славы Божией, получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе». (К Рим. 3:23,24)
Все великие праведники, кроме Одного, заявляли о своей греховности. Иисус Христос является единственным исключением; только Он не говорит о Своей греховности, но перед лицом противников говорит: "Обвинит ли кто из вас Меня в грехе?"
Грех - это не нарушение предписаний, а разрыв личных отношений с Богом. Нарушение заповедей - это уже симптом, проявление того, что человек сделался Богу чужд. Все зло мира, от распадающихся браков до мировых войн, прорастает из этого, первичного зла - человек разрушил свои отношения с Богом. Грех - это отказ от жизни с Богом, попытка объявить Его ненужным, выставить Его за дверь своей жизни. А дверь наглухо заколотить гвоздями № 100%. Этот отказ может проявляться в грубых преступлениях, а может в том, что человек объявляет Бога мертвым, игнорирует Его, живет так, будто Его нет.
Если говорить о Десяти Заповедях, то очевидно, что неверующие люди их выполнять не могут - уже первая из них относится к вере в Бога.
В рамках системы «награда-наказание», ничего понять нельзя. Никто из нас не заслужил рая. Рай дается людям не за заслуги, в подарок. Не за исполнение, а по Любви. Принять подарок способен не каждый. Мы призваны принять прощение и новую жизнь, обретенную для нас Христом, через покаяние и веру. И наша вечная участь определяется тем, принимаем ли мы этот дар Божий или отказываемся от него: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет». (Марк 16:16)
На вопрос «а спасется ли тот или иной человек?» можно ответить так - если он придет ко Христу с покаянием и верой, хотя бы за пять минут до смерти, то спасется: «всякий, кто призовет имя Господне, спасется» (К Рим. 10:13).
Желаю Рэймону еще более Полной Жизни. Его нужно беречь.
Сегодня День Успения Божией Матери.
Поздравляю Вас с Праздником.
http://www.nerungri.ru/users/addfiles/church/avg2.htm
http://www.sfi.ru/ar.asp?rubr_id=442&art_id=2888
|
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 1196
Location: внешняя Гаванна | как всё таки хорошо что религий много. Бг-ов много. Разных людей тоже много... задолбали католики?Садись в самоль и дуй в Японию!Надоел Ислам?No problem!Живи на Кубе(кубины и сами кого хочешь подорвут)!А не хочешь верить?Неверь!Полно просвещенных стран где невереие не считается преступлением.Нравится думать что только крещеные спасутся?Думай!Я люблю этот Сон, который называется - Свобода!!! |
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
Location: Minsk | Бог Един.
С Праздником Рождества Пресвятой Богородицы, Братья и Сестры.
РОЖДЕСТВО ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ
21 сентября
День Рождества Пресвятой Богородицы считается первым в цикле великих двунадесятых праздников.
Церковное предание гласит, что родителями пресвятой Девы были благочестивые Иоаким, происходивший из царского рода, и Анна, из рода первосвященников. По особому обетованию Божию, уже в преклонные годы они родили Дочь, имя Которой - Мария - было предуказано ангелом, возвестившим им и о самом Ее рождении.
Об этом событии ничего не сказано в Писании. Неизвестно также и время установления праздника. Упоминания о нем есть у св. Златоуста, св. Прокла, Епифания и блаженного Августина. В V веке о празднике говорит служебник Геласия. Песнопения на этот день, которые поются в церкви и поны-не, начали составлять с VI века, имена авторов - Стефан Святоградский и Андрей Критский, Иоанн Дамаскин и Иосиф Студит.
Святой Андрей, арихиепископ Критский, в "Слове на Рождество Пресвятой Богородицы" писал: "Настоящий праздник есть для нас начало праздников... Светлое и явное нисхождение Божие к людям должно иметь радостное начало, вводящее к нам великий дар спасения. Таков и есть настоящий праздник, имеющий началом Рождество Богородицы, а концом - соединение Слова с плотию; это славнейшее из всех чудес, непрестанно возвещаемое, необъемлемое и всегда непостижимое".
Торжественно славословит в этот день святая православная Церковь:
Рождество Твое, Богородице
Дево, радость возвести всей
вселенней: из Тебе ко возсия
Солнце правды, Христос Бог
наш, и,разрушив клятву, даде
благословение, и упразднив
смерть, дарова нам живот
вечный.
Протоиерей А.Шмеман подчеркивал: "Если в западном христианстве в центре почитания Марии всегда стоял образ Ее как Девы, девство которой не нарушено было материнством, то для православного Востока такой сердцевиной любви его к Марии, созерцания Ее и радостного любования Ее с самого начала было и остается Ее Материнство, Ее кровная связь с Иисусом Христом".
Народ называет этот праздник Малой Пречистою*, или Госпожинками. Нередко день этот звали в разных регионах России Аспожка, или Спасовым, Аспасовым днем, осенинами. В сельскохозяйственной практике это был день, когда убирали на зиму пчелиные улья, Собирали лук, а праздник в целом знаменовал окончание главных летних полевых работ и начало осенних приготовлений. Земледельцы благодарили Богородицу - небесную покровительницу земледелия, пода-тельницу урожая, спорительницу хлебов - за собранный урожай и просили ее помощи на год будущий.
* Большой Пречистою называют Успение Богоматери.
Св. Андрей, архиепископ Критский. Слово на Рождество Пресвятой Богородицы. http://www.orthlib.ru/Andrey_Krit/andkrrb.html#foot01
|
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
Location: Minsk | Поздравляю всех с Праздником Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня.
Величаем Тя, Живодавче Христе, и чтим Крест Твой святый, имже нас спасл еси от работы вражия.
http://home.ural.ru/~hvs/pr3.htm |
|
| |
|
Extreme Veteran
Status: Offline
Posts: 341
| О деревах Господних:
http://www.digitalmanuscript.com/forum/photos/show-album.asp?albumi... |
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
Location: Minsk | Спаси Тя, Господи за Древо Жизни.
 (tree.jpg)
Attachments
----------------
tree.jpg (10KB - 429 downloads)
|
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
Location: Minsk | С праздником Братья и Сестры.
Покров Пресвятой Богородицы
1 октября / 14 октября
О празднике Покрова Пресвятой Богородицы
Дева днесь предстоит в Церкви, и с лики святых невидимо за ны молится Богу: ангели со архиереи покланяются, апостоли же со пророки ликовствуют: нас бо ради молит Богородица Превечнаго Бога — это чудное явление Матери Божией произошло в середине Х века в Константинополе, во Влахернской церкви, где хранилась риза Богоматери, Ее головной покров (мафорий) и часть пояса, перенесенные из Палестины в V веке. В воскресный день, 1 октября, во время всенощного бдения, когда храм был переполнен молящимися, святой Андрей, Христа ради юродивый (память 2 октября), в четвертом часу ночи, подняв очи к небу, увидел идущую по воздуху Пресвятую Владычицу нашу Богородицу, озаренную небесным светом и окруженную Ангелами и сонмом святых. Святой Креститель Господень Иоанн и святой апостол Иоанн Богослов сопровождали Царицу Небесную. Преклонив колена. Пресвятая Дева начала со слезами молиться за христиан и долгое время пребывала в молитве, потом, подойдя к Престолу, продолжала Свою молитву, закончив которую, Она сняла со Своей головы покрывало и распростерла его над молившимися в храме людьми, защищая их от врагов видимых и невидимых. Пресвятая Владычица сияла небесной славой, а покров в руках Ее блистал паче лучей солнечных. Святой Андрей с трепетом созерцал дивное видение и спросил стоявшего рядом с ним своего ученика, блаженного Епифания: Видишь ли, брат, Царицу и Госпожу, молящуюся о всем мире? Епифаний ответил: Вижу, святый отче, и ужасаюсь. Преблагословенная Богородица просила Господа Иисуса Христа принять молитвы всех людей, призывающих Его Пресвятое Имя и прибегающих к Ее заступлению. Царю Небесный, —глаголаше в молитве на воздусе со Ангелы стоящая Всенепорочная Царица, — приими всякаго человека, молящегося к Тебе и призывающего Имя Мое на помощь, да не отыдет от Лика Моего тощ и неуслышан. Святые Андрей и Епифаний, удостоившиеся созерцать молящуюся Богоматерь, долгое время смотрели на распростертое над народом покрывало и на блиставшую наподобие молнии славу Господню; доколе была там Пресвятая Богородица, видимо было и покрывало; по отшествии же Ее, сделалось и оно невидимым, но, взяв его с Собою, Она оставила благодать, бывшую там. Во Влахернской церкви сохранилась память о дивном явлении Богоматери. В XIV веке русский паломник дьяк Александр видел в церкви икону молящейся за мир Пресвятой Богородицы, написанную так, как Ее созерцал святой Андрей. Но Греческая Церковь не знает этого праздника.
В русском Прологе XII века содержится запись об установлении особого праздника в честь этого события: Се убо, егда слышах — помышлях; како страшное и милосердное видение и паче надеяния и заступления нашего, бысть без празднества... восхотех, да не без праздника останет Святый Покров Твой, Преблагая. В праздничном Богослужении Покрову Божией Матери Русская Церковь воспевает: С чинми Ангел, Владычице, с честными и славными пророки, с верховными апостолы и со священномученики и со архиереи за ны грешныя Богу помолися, Твоего Покрова праздник в Российстей земли прославльшыя. Следует добавить, что и святой Андрей, созерцавший дивное видение, был славянин, в молодых годах попавший в плен и проданный в Константинополе в рабство местному жителю Феогносту. В России храмы в честь Покрова Божией Матери появились в XII веке. Всемирно известный по своим архитектурным достоинствам храм Покрова на Нерли был построен в 1165 году святым князем Андреем Боголюбским. Заботами этого святого князя и был установлен в Русской Церкви около 1164 года праздник Покрова Божией Матери. В Новгороде в XII веке существовал монастырь Покрова Пресвятой Богородицы (так называемый Зверинский монастырь); в Москве царем Иоанном Грозным был построен собор Покрова Божией Матери у храма Святой Троицы (известный как храм Василия Блаженного).
В праздник Покрова Пресвятой Богородицы мы испрашиваем у Царицы Небесной защиты и помощи: Помяни нас во Твоих молитвах, Госпоже Дево. Богородице, да не погибнем за умножение грехов наших, покрый нас от всякаго зла и лютых напастей; на Тя бо уповаем и, Твоего Покрова праздник чествующе, Тя величаем.
(Из "Настольной книги священнослужителя")
|
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
Location: Minsk | Подготовил сегодня небольшую подборку С.С. Аверинцева. Весною этого года Сергея Сергеевича не стало. Единственная книга стихов -- «Стихи Духовные» вышла в Киеве, несколько лет назад. Это – очень хорошая книга. Но было еще так много книг, изменивших мое отношение к Слову и Жизни. Царствие Небесное, рабу Божиему Сергию.
Сергей Аверинцев
МЫ ПРИЗВАНЫ В ОБЩЕНИЕ
Верен Бог, Которым вы призваны в общение
Сына Его Иисуса Христа, Бога нашего.
I Кор. 1, 9
...о том, что мы видели и слышали, возвещаем вам,
чтобы и вы имели общение с нами:
а наше общение – с Отцем и Сыном Его, Иисусом Христом.
I Ин. 1, 3
Самое первое правило, касающееся общения с Богом, правило, которое должен знать каждый: в этом делании нет места воображению. Как сказала замечательная религиозно-философская писательница нашего столетия Симона Вейль, воображение перекрывает именно те каналы, по которым только и может дойти до нас реальная, действенная благодать. Традиционный язык аскетики именует духовный самообман "прелестью" (тот же корень, что в слове "лесть"). Если грех, вина, суета препятствуют общению с Богом, то "прелесть" подменяет его собой, исключая самую его возможность. С Богом можно встретиться везде – даже в аду, как сказано псалмопевцем: "сойду ли в преисподнюю – и там Ты" (пс. 138, 8); христианская традиция говорит о сошествии Христа в ад... Есть только один род места, где встреча с Богом невозможна по определению: это место воображаемое. Там можно встретить только отдельный призрак Бога – и да оградит Ангел-Хранитель каждого из нас от такой встречи! Есть только один персонаж, через которого немыслимо быть пророчеству: это лже-пророк. Дух дышит, где хочет, и Валаамова ослица пророчествовала; но лжепророк выдумал себя как пророка, себя, которого на деле просто нет – как же Богу разговаривать с тем, кого нет? Ни одна самомалейшая реальная тайна не раскроется сердцу, утешающемуся тайнами мнимыми. Почему отпетым грешникам, по смыслу стольких евангельских текстов, легче встретиться с Богом, чем фарисею? Потому, и только потому, что они не обманывают себя относительно состояния своего "я"; а фарисей принимает за свое "я" некую внешнюю личину. Он, в самом буквальном смысле, как сказал бы ребенок, "воображает о себе".
Еще не все пропало, пока в стене, замкнувшей нашу "самость", есть окно. Через которое можно видеть сущее – то, что реально, ибо не подвластно нашему своеволию. Вещи, каковы они суть. Ближний, каков он есть. И во всем, бесконечно отличный от всего – лик Бога. Его взгляд через окно. Чем больше мы ограничили наше себялюбие, тем шире окно. Но вот когда мы впадаем в состояние "прелести", мы закрываем окно – зеркалом. Перед зеркалом наше "я" может принимать позы, самые что ни на есть благочестивые, благообразные и благолепные. Оно может вперять в гладь зеркала, пока в нем не замаячат фантомы нашего подсознания, миражи нашей внутренней пустыни. Это – самая безнадежная ситуация. Для любого общения и для общения с Богом как самого глубокого из общений, эгоизм и эгоценризм равно губительны; а возможно, эгоцентризм даже злокачественнее грубого эгоизма. Эгоизм – явное, постыдное торжество самого низменного в человеке; а эгоцентризм, переориентируя на иллюзию весь внутренний состав человека, способен превратить в ложь и возвышенное в нем. Находящийся в "прелести" эгоцентрик может весь замирать от восторга перед собственной готовностью на жертву ради Бога и ближнего. Но его необходимое условие при этом – чтобы и ближний, и Бог были его фантазиями, проекциями вовне его собственной психики. Ни реального ближнего, ни реальности Бога эгоцентрик не примет. От всего действительного он надежно укрыт своим зеркалом, занявшим место окна.
Основа общения – уважение к свободе личного бытия того, с кем мы общаемся. Злая воля "самости" стремится поработить ближнего, поглотить его личность. Она посягает и на верховную свободу Бога. Это странно и страшно, однако довольно обычно: человек, казалось бы, искренне верующий, спешит безапелляционно решать за Бога, подсказывать ему свои приговоры, выражает собственную волю как Его волю. Даже праведнику не всегда легко смириться с тем, что Бог – свободен. Библейская книга пророка Ионы повествует об огорчении, о раздражении человека, возроптавшего на Бога за то, что Бог в суверенном акте помилования отменяет собственный приговор, дает духу Своей любви восторжествовать над буквой Своего слова. Абстрактное "Высшее Существо", любезное философам "Божественное Начало" ни за что так не поступило бы. А вот Бог Живой – поступает. "Мне ли не пожалеть Ниневию, города великого, в котором более ста двадцати тысяч человек, не умеющих отличить правой руки от левой, и множество скота?" – вот Его ответ негодующему пророку. Особенно поразительно упоминание домашних животных: подумать только, теплое дыхание скота – реальность, ради которой Судия берет слово назад и переменяет предначертанную судьбу обреченного города. Он свободен – пожалеть. Пока мы, с верой или скепсисом, понимаем это более или менее сентиментально, может показаться, будто проблем для верующего здесь нет; не утешительнее ли, в самом деле, иметь Бога, Который способен помиловать, нежели немилостивого? Разве что для скептика такая перспектива особенно недостоверна как раз в силу своей утешительности – человеку свойственно, скажет он, принимать желаемое за действительное; даже его скептицизма едва ли хватит на то, чтобы усомниться, действительно ли желаемо желаемое. Но дело не так просто. Пока речь идет о том, чтобы пожалели нас, простили и помиловали нас – нам это нравится. (Господи, в наших городах миллионы людей не умеют отличить правой руки от левой – смилуйся над нами!) Проблемы возникают, когда предмет вольной, а поэтому поистине неисповедимой милости Божией – не мы, а некто иной. Этот иной может быть злым обидчиком. Пожалуй, мы особенно уверенны в нашем праве требовать от Бога неумолимости в тех случаях, когда обида – не личная, а национальная, всенародная. Во время войны у одного очень уважаемого иерарха вырвалось заверение, что немцев Бог не любит и любить не может. Не так ли пророк Иона пытался возбранить Богу любить ниневитян – злейших врагов его народа? Но ему пришлось простонать: "Потому я и побежал в Фарсис, ибо знал, что Ты – Бог благий и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и сожалеешь о бедствии". Бог жалеющий. Бог живой.
Свободу Бога не всегда легко принять и тогда, когда Он милует тех, кто нам вовсе не враги. Вспомним евангельскую притчу о блудном сыне. Старший брат, наверное, очень удивился бы, если бы мы спросили, считает ли он младшего своим врагом. Но он настолько уязвлен щедростью прощения, которое отец излил на младшего, что ему не хочется входить в отцовский дом и делить общее веселье. Как же, он жизнь свою положил на то, чтобы заслужить, заработать свои сыновние права в доме. И этого засуженного, заработанного, причитающегося права у него никто не отнимает; от отца еще раз подтверждено: "сын мой! Ты всегда со мною, и все мое – твое" (Лк. 15, 31). Но младший, который ничего не выслужил себе, кроме срама, – ну, пусть бы еще отец его простил на каких-то условиях; но зачем, зачем это прощение – такое праздничное, пиршественное, безгранично-щедрое? Что бы ни было, благонравный исполнитель отцовских приказов хотел бы удержать чувство превосходства над кающимся беспутником, которое соответствует понятию "справедливости". (То же понятие – у других персонажей евангельских притчей, например, у фарисея, благодарящего Бога за то, что он, фарисей, не таков, как прочие, грешные люди, или у работников, сполна получивших договорную плату, но обиженных тем, что их товарищи, нанятые попозже и работавшие поменьше, из чистой милости получили столько же). Всем этим "правильным" людям хотелось бы, чтобы Бог миловал не чересчур великодушно, а в меру, не "переборщив". Это значит, что в тайне своей души, быть может, не вполне понимая, что делает, каждый из них навязывает Богу свою собственную меру. И каждому из них Бог отвечает: "разве Я не властен в своем делать, что хочу? Или глаз твой завистлив оттого, что Я добр" (Мф. 20, 15). И еще: "не ваши пути – пути Мои" (Ис. 55, 8).
Есть люди, которым легче телом и душою повергаться перед Богом во прах, простираться ниц перед Его беспредельным и запредельным величеством, чем каждый миг воздавать Ему самое простое уважение, такое, какое мы обязаны воздавать даже ближнему, даже равному, тем более – старшему. Простая наука, которой хорошие родители учат детей. Дослушивать, не перебивая. Притихнуть, чтобы как следует расслышать. Не стараться непременно оставить себе в разговоре последнее слово. Не "вклиниваться" в речь Собеседника, не подсказывать Ему. Без этих элементарных правил общение вовсе невозможно; тем более – общение с Богом.
У самых истоков библейской традиции – запрет: не сотвори себе кумира. Кумир здесь – не просто произведение языческой религиозной пластики, божок из дерева, камня или металла. Кумир – это материализация кощунственной идеи о божестве, которым можно манипулировать. Будучи сотворен руками человеческими, кумир остается во власти этих рук, как магическое орудие, при помощи которого община может расширить свою власть над миром зримым и незримым. Кумир – так сказать, нужная вещь. Выбор между ним и Богом Живым Библии – это выбор между манипуляцией и общением. Самый решающий выбор, который мы вновь и вновь совершаем в нашей жизни.
Свят. Григорий Богослов (329-389)
(перевод С.С. Аверинцева)
Этот виднейший церковный деятель и мыслитель, проповедник и поэт святоотеческой поры получил отличное литературное и философское образование, завершенное в Афинах, где он на всю жизнь подружился с другим вселенским учителем и святителем — Василием Великим. В 381г. Григорий председательствовал на Втором Вселенском соборе, но в том же году, в обстановке смут и интриг, сложил с себя высокий сан Константинопольского первоиерарха, мало отвечавший его созерцательному душевному складу. Он всю жизнь писал стихи; вершины его лирики отмечены большой тонкостью формы и новой для его времени проникновенностью интонации.
РАЗМЫШЛЕНИЯ
Речи пернатые где? Отлетели в воздух. Где милой
Младости цвет? Отлетел. Где слава? Ушла невозвратно.
Где состава телесного связь? Разрешилась недугом.
Где имение? Бог отнял; а иное бесстыдной
Зависть руке предала. Где отец мой и матерь? Где братьев
Сердцу святая чета? Сошли до срока во гробы.
Благо одно оставалось — родная земля; но из оной,
Бурно валы возбудив, изверг меня демон злонравный.
Ныне, странник, скитаюсь, всему чужой, на чужбине,
Жалкую жизнь доживая, терпя бессильную старость,
Без престола, без града, без чад, но в муках о чадах,
Лишь со дня и на день живя, непрестанно блуждая.
Где же тело докучное сброшу? Как жизнь я окончу?
Что за край, что за град меня примет страннолюбивый?
Кто возложит персты на мои померкшие очи —
Друг ли Христов, по вере собрат, иль злодей из злодеев?
Что до того? Слабодушно пустые лелеять заботы.
Будет ли тело моё бездыханное предано гробу,
Будет ли без погребенья простёрто оно, плотоядным
Птицам окрестным и псам в корысть, и прохожему зверю —
Если желаешь, сожегши, развей по ветру мой пепел,
Или на высотах положи мертвеца без могилы,
Или в водах дождевых дай согнить, в речных ли потоках.
Я ли один сопричтен не буду к общему сонму?
Если б то было возможным! Но нет: по Божию зову
День последний всех соберет от пределов вселенной,
Также и тех, кто во прах обращен, кто недугом изглодан.
Вот о чем я скорблю: страшусь судилища Божья,
И потоков огня, и лютейшей тьмы преисподней.
Ты, Христе, Ты всё для меня: и младость, и сила,
И родная земля: в Тебе упокоиться жажду.
Сергей Аверинцев
Духовные слова в храме Успения Пресвятой Богородицы в Печатниках
8 сентября 1996 года. Слово на Евангелие Мф. 22, 1-14. Притча о брачном пире.
Как удивительно то Евангелие, которое мы сегодня слышали! Эту притчу мы читаем и у Луки, но в Евангелии от Матфея она изложена с особенной остротой. Все неожиданно. Званые не приходят, и тогда царь проявляет неслыханную, неимоверную щедрость: зовет с улицы злых и добрых. Интересно, что злые упомянуты раньше: “злых и добрых”. Все становятся зваными. Но потом оказывается, что человек, который пришел на пир не таким, каким он должен был прийти, изгоняется.
Всякому времени присущи два противоположных безумства, а в наше время они, кажется, проявляются с особой остротой. Во все времена злые, самоуверенные, ханжески настроенные люди, которые кажутся себе праведниками, легко думают и говорят о ком-то другом, что этот человек не может быть помилован Богом, он слишком плох для того, чтобы быть принятым Богом. И во все времена есть противоположное безумство: доброта Бога понимается как безразличное согласие на любое наше зло. Если Бог меня принимает, то Он примет меня вот таким, каков я есть, я могу пойти на пир, я же зван.
Притча эта удивительна прежде всего вот почему. Здравый смысл всех народов, который имеет свои права в своей области, приучает нас каждодневно думать, что люди делятся на порядочных, от которых мы ничего худого не ждем, немножко похуже и совсем дурных, которых надо остерегаться, которые, что называется, уже совсем пропащие. И мы привыкаем думать также, что человек, исполняющий из года в год свои обязанности перед Богом, свои религиозные обязанности, исполнит все, что нужно, в тот момент, когда это будет нужно. Повороты, которыми так обильна история, много раз убеждали, что это совсем не так. Христианство, которое гораздо глубже и гораздо сложнее философских учений и почтенных древних мудрых традиций народов мира дает нам гораздо более неожиданное и драматическое представление о добре и зле.
Родившиеся от благочестивых родителей в избранном народе, для евангельского времени, в единственном избранном народе Ветхого Завета, старались быть благочестивыми, как фарисеи! Это для нас фарисейство так легко стало бранным словом. Люди и правда старались быть набожными и исполнять изо дня в день свои обязанности. Но в какой-то миг, когда они должны сделать выбор, они делают ложный выбор. В какой-то миг, который решает все. Напротив, никто не достаточно плох, чтобы не сделать правильного выбора в этот решающий миг.
У английского христианского писателя, которого многие из нас читали в переводе или в подлиннике, Клайва Стейплза Льюиса есть стихотворение, которое все построено на том, что среди праведных нет ни одного, который в какой-то момент едва не пал, и среди падших, погибших, среди осужденных нет никого, кто в какой-то момент едва не спасся. Все решает миг. Какой миг? Будет разумно, если мы будем в каждое мгновение считать — вот этот. Все, что мы до сих пор как будто бы сделали, ничего не стоит, если мы сделали ложный выбор в самом главном вопросе, вот сейчас, здесь и сейчас. И все, что отягощает нашу совесть, не есть препятствие для того, чтобы мы сделали правильный выбор.
Но Царь щедр и добр, Небесный Царь, так как земные цари самыми добрыми не могут быть. Земной царь не позовет нищих, бродяг, Бог весть кого с улицы. Но доброту Бога тоже можно понять очень ложным образом. Сегодня, как, впрочем, и во все времена, мы встречаемся с тем и с другим видом безумства. Неверующий человек, или язычник во времена новозаветные, неверующий человек, или оккультист и так далее в наши времена, никак не может считать себя не смеющим переступить порог царского дома, где устраивается пир. Пир — это привычный ветхозаветный символ мессианского события, прихода Царства Божия. “Доди” (ydOd — с еврейского буквально “мой любимый”), Жених — это одно из традиционных еврейских обозначений Мессии. Это, я думаю, все знают. Никто, набожный, пристойно себя ведущий, нравственный, по человеческому представлению, и тем более никто, подверженный тяжелым грехам, не может сказать, а ведь это мы тоже слышим, может быть, на Западе еще больше: “Бог благой, Он добрый, так значит, Он должен меня принять таким, каков я есть. Я достаточно хорош, кто бы я ни был, какие бы прискорбные, извращенные наклонности или дурные поступки в прошлом и настоящем меня ни отягощали. Бог же добрый, Он должен мне все простить, я достаточно хорош таков, каков я есть”. Иначе это тот, кто приходит в небрачном одеянии.
Одеяние — это тоже очень древний символ. Вы знаете, когда мытарь Закхей удостоился неожиданно, совсем неожиданно для себя Господнего посещения, человек, просто по роду своих занятий привыкший когда-то к нечестной практике, он говорит сейчас же, по движению своей души, прежде чем Господь что-нибудь скажет: “Я в удвоенной мере верну всем, по отношению к кому я вел себя несправедливо”. Вот он — это тот бродяга, нищий, преступник с улицы, кто, однако, входит на пир в брачном одеянии. Он знает, что он не может войти таким, каков он есть, что он должен сейчас же стать другим.
Два слова об историческом контексте притчи и о том, как мы ее должны слышать. Вы знаете, что среди наших братьев и сестер по вере, увы, бывают и бывали в прежние времена люди, слишком легко воспринимавшие тот смысл притчи, который обращен к избранному народу Ветхого Завета, к древнему Израилю, первой любви Бога: ну вот, эти иудеи, они были такими нехорошими, они званые, но они не пошли и даже убивали вестников царя, следовательно, с них их избранничество снято, оно передано нам; а дальше притча к нам вроде бы и не относится.
С другой стороны, есть люди, которые во вполне оправданном, по совести оправданном отталкивании от чудовищного и противоестественного явления, каким только и можно назвать христианский антисемитизм, стараются вовсе не замечать тех мест, в Евангелии от Иоанна, например, довольно многочисленных, где речь идет об укоризне иудеям. Но, по моему убеждению, мы должны прежде всего относить это к себе. Израиль, ветхозаветный Израиль был в древнее время народом, верующим в истинного Бога, а язычники, хотя не были неверующими, но у них не было веры в истинного Бога. Если мы — верующие среди неверующих, то у нас такое же положение. И как бы нам не стать зваными, которые не приходят, не приходят в тот момент, который решает все.
И еще. Может быть, вам приходилось читать что-то, что пишут и у нас сейчас под влиянием одного из направлений в протестантской, например, экзегезе, когда о некоторых местах в Евангелии от Матфея и Евангелии от Иоанна говорится как о погрешающих антисемитизмом и как бы долженствующих быть в нашем сознании исключенными из канона Нового Завета. Но ведь вот что поразительно: самые строгие укоризны ветхозаветному избранному народу, народу, избрание которого, мистическое избрание, если мы принимаем слова апостола Павла, не отменено окончательно, потому что Бог назад Своих слов не берет, эти самые строгие укоризны ветхозаветному Израилю, иудеям, мы находим у тех новозаветных авторов, которые самым глубоким и кровным образом, как Матфей, как Иоанн, были связаны не просто с иудейством, но с палестинским иудейством, для которых это была их отчизна, воспитавшая их религиозная культура, между тем как у грека Луки мы таких мест не находим. Это заставляет нас задуматься. Мы должны услышать это не как чужое слово, слово, сказанное чужим, извне: мы — праведные, вы — дурные, но как слово обличения, порождаемое истинной, а не ложной любовью к своему народу и к своей отчизне, так же как это было у ветхозаветных пророков, которые говорили своему народу очень строгие слова. А как раз Лука не чувствует себя призванным пересказывать такие слова, потому что он грек. Мы должны почувствовать строгость, любящую строгость у самых укорененных в ветхозаветном Израиле авторов Нового Завета, и осторожность, я бы сказал, деликатность у тех авторов, которые по крови, и по культуре, и по воспитанию были дальше. Это нас тоже должно чему-то научить. Самое строгое слово можно говорить, только чувствуя себя заодно с теми, кому говоришь это слово. Извне обличать — не христианское дело, да и вообще бесполезное дело.
|
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
Location: Minsk | АНГЕЛ (греч. - вестник).
1) в Библейской религии духовное, разумное существо, сотворенное Богом до творения видимого мира. Согласно книге св.Дионисия Ареопагита «О небесной иерархии», существует девять ангельских чинов, подчиненных Богу: cерафимы (от евр. cараф - сжигать), херувимы (слово месопотамского происхождения) (иногда перечисляют наоборот: херувимы, серафимы), престолы, господства, силы, власти, начала, архангелы, ангелы.
Однако эта систематизация не вполне поддерживается Библией. Так архангелами в Библии называются высшие ангелы, а не один из низших чинов. Предание насчитывает семь (Тов. 12,15), редко восемь, иногда девять (без Иеримиила) архангелов. Всего известно десять имен архангелов, в т.ч. из канонических книг Библии: Михаил (евр. кто как Бог) (Иуд 1,9, Откр 12,7), Гавриил (сила Бога) (Дан 8,16); из неканонических книг Библии: Рафаил (помощь, исцеление Божие) (Тов 3,16), Уриил (огонь, свет Божий) (3 Ездр 4,1), Иеримиил (высота Божия) (3 Ездр 4,36); из Пролога, 8 ноября: Салафиил (молитва к Богу), Иегудиил (хвала Богу), Варахиил (благословение Божие), Гефаил (толкуется как возжигатель любви к Богу), Тахиил (толкуется как помощник и защититель от бед и напастей). Архангел Михаил именуется еще Архистратигом, как предводитель небесного воинства.
В Библии упоминаются и другие ангелы, не вошедшие в девять чинов, например офаним (колеса) и хайот (животные) (Иез. 1,15).
Существуют также злые ангелы (в России принято говорить аггелы), действующее против людей и Бога. По мнению Отцов Церкви, ангел не может ни покаяться, ни согрешить, ни изменить своего статуса в иерархии, так как падение злых ангелов и установление ангельской иерархии произошло вне и до времени. Основное занятие добрых ангелов состоит в непрестанном восхвалении Бога, к Которому они устремляются в силу пламенной любви. Лишь повинуясь приказу Божьему ангел отрывается от сего блаженства, чтобы выступать в качестве ангела-хранителя или карающего ангела. Ангел - вестник воли Божьей для людей. Бог же, как Всеведущий, не нуждается в посредничестве ангелов. Обычная реакция человека на ангела Божия это, как описано в Библии, страх (Быт 28,17; Суд 6,22; Суд 13,22,21). Злые ангелы охотно вмешивались бы в дела людей, если бы не Божий запрет. Тем не менее по попущению Божию злые ангелы способны вредить людям. Они «любят» людей, как охотник любит добычу. Существует так называемая демоническая любовь (Быт 6,1-7). В иконописи ангелы изображается с крыльями птиц. Бесы изображаются с крыльями летучих мышей. В иконописи византийского обряда хайот и офаним изображаются на иконах Спаса в силах. Изображения колес, усеянные очами, называются престолами, что, таким образом, включает офаним в Дионисиевскую иерархию. На головах часто античные повязки - тороки, слухи. По русским толкованиям через тороки ангелы получают повеления от Бога. Херувимы и серафимы изображаются с шестью крыльями. Цвет крыльев серафима - cине-зеленый. Херувима - красно-оранжевый;
2) любой вестник Божий (Гал 4,14).
ДЕВЯТЬ ЧИНОВ ангельских (слав. «чин» соответствует греч. τάξις и лат. ordo, «порядок», «ряд», «отряд»), в христианских религиозно-мифологических представлениях ступени иерархии ангельских существ. По учению Псевдо-Дионисия Ареопагита (5 или нач. 6 вв.), Д. ч. а. образуют три триады, перечисляемые (сверху вниз) в таком порядке: первая триада (характеризуемая непосредственной близостью к Богу) - серафимы, херувимы, престолы; вторая триада (особенно полно отражающая принцип божественного мировладычества) - господства, силы, власти; третья триада (характеризуемая непосредственной близостью к миру и человеку) - начала, архангелы, ангелы (в узком смысле слова). Разрабатывая свою доктрину, Псевдо-Дионисий подводил итоги развития многовековой традиции выделения различных разрядов ангелов (в широком смысле слова); традиция эта имеет библейские истоки: в Ветхом завете упоминаются серафимы, херувимы, силы, ангелы, в Новом завете - престолы, господства, власти, начала, архангелы. Христианские авторы 4 в. предлагали различные варианты классификации ангелов (напр., у Григория Богослова - ангелы, архангелы, престолы, господства, начала, силы, сияния, восхождения, силы умные, или разумения; в т. н. «Апостольских установлениях» - херувимы, серафимы, эоны, воинства, силы, власти, начала, престолы, архангелы, ангелы); у Кирилла Иерусалимского более чем за столетие до Псевдо-Дионисия речь идёт о Д. ч. а., перечисляемых в том же составе, но в несколько ином порядке. С другой стороны, на осмысление самого числа Д. ч. а. у Псевдо-Дионисия и его продолжателей повлияла неопифагорейская и неоплатоническая мистика чисел, отчасти связанная с мифологическими истоками (см. Числа). «Девятерица» воспринималась, с одной стороны, как «триада триад», как усугубление числа «три», сакраментальнейшего из чисел (9=32), и как бы её эксплицирование, развёртывание вовне внутренних энергий троицы, а постольку и как эквивалент числа «три» (ср. в греч. мифологии число муз - или три, или девять). Мотивы числовой мистики в доктрине о Д. ч. а. имеют многочисленные параллели фольклорного или полуфольклорного свойства. Например, представление западной средневековой рыцарской культуры о девяти славнейших витязях, сгруппированных по триадам: три христианина - Артур, Карл Великий, Готфрид Бульонский, три язычника - Гектор, Александр Македонский, Юлий Цезарь, три иудея - Иисус Навин, Давид, Иуда Маккавей; формула русского деревенского колдовства: «три - не тройка, девять - не девятка», дважды отрицающая троичность; европейская поговорка о девяти жизнях кошки, предполагающая в числе «девять» замыкание циклической полноты, и т. п. Лит.: Rоquеs R., L'univers dionysien, [Р.], 1954.
АНГЕЛЬСКАЯ ИЕРАРХИЯ
архимандрит Исайя.
из книги Догматическое Богословие.
Бог сотворил различные роды ангельских сил. Различие между ними в природе не было результатом разной степени "охлаждения" Ангелов в любви, как учил Ориген. Дионисий Ареопагит привел в систему церковное учение о девяти ангельских чинах. Он пишет, что Горний мир имеет иерархическое строение, так как не все ангельские чины в равной мере приемлют божественное просвещение. Низшие чины приемлют просвещение от высших. Ангельский мир есть единое целое и, вместе с тем, - лестница. Все Ангелы, в известной мере, причастны Божеству и сообщаемому от Него Свету, но степени их ведения и совершенства неодинаковы.
Ангельская иерархия состоит из трех триад. Первая, высшая, это - Серафимы, Херувимы и Престолы. Все они находятся в ближайшей и непосредственной близости к Богу, "как бы в преддвериях Божества", у самого Троического святилища. Им доступно прямое и непосредственное ведение Божественных тайн. Они живут в неизреченном озарении, созерцают Бога в ярком свете.
Шестокрылые Серафимы (евр. - пламенеющие, огненные), о которых говорится только у пророка Исайи (Ис. 6:2), пламенеют любовью к Богу и других побуждают к ней.
Херувимы (евр. - колесницы) - духовные существа, которых пророк Иезекииль видел в образах человека, вола, льва и орла (Иез. 1). Эти символы означают, что Херувимы сочетают в себе качества разумности, повиновения, силы и быстроты. Херувимы предстоят престолу Божию (Откр. 4:6-7). Они являются духовной колесницей Всевышнего (Иез. 1:10), поэтому Бог именуется седящим на херувимах (1 Цар. 4:4). Херувим охранял вход в рай (Быт. 3:24). Изображения двух Херувимов осеняли Ковчег завета, место непосредственного присутствия Божия (Исх. 25:18-20). Царь Тирский, символизирующий, по мнению святых отцов, сатану, назван херувимом осеняющим (Иез. 28:14), что указывает на первоначальную близость его к Богу.
Многоочитые Херувимы, по словам Дионисия Ареопагита, сияют светом богопознания. Они ниспосылают премудрость и просвещение для богопознания низшим чинам. Они суть "реки премудрости" и "места Божия успокоения"; отсюда некоторые из Херувимов именуются "Престолами", поскольку на них не чувственно, а духовно, особым обилием благодати почивает Сам Бог.
Среднюю иерархию составляют: Господства, Силы и Власти.
Господства (Кол. 1:16) владычествуют над последующими чинами Ангелов. Они наставляют поставленных от Бога земных властителей мудрому управлению. Они учат владеть чувствами, укрощать греховные вожделения, порабощать плоть духу, побеждать искушения. Силы (1 Пет. 3:22) творят чудеса и ниспосылают благодатъ чудотворения и прозорливости угодникам Божиим. Они помогают людям в несении трудов, укрепляют в терпении, даруют духовную крепость и мужество. Власти (1 Пет. 3:22; Кол. 1:16) имеют власть укрощать силу диавола. Они отражают от нас бесовские искушения, оберегают подвижников, помогают им в борьбе со злыми помыслами. Им принадлежит также власть над силами природы, например, ветра и огня (Откр. 8:7).
В низшую иерархию входят: Начала, Архангелы и Ангелы.
Начала (Кол. 1:16) начальствуют над низшими Ангелами, направляя их деятельность к исполнению Божественных повелений. Им поручено управлять Вселенной, охранять страны, народы и племена. Они учат земные начальства исполнять свои обязанности не ради выгод и личной славы, а во всем искать славы Божией и пользы ближних.
Архангелы (1 Фес. 4:16) благовествуют о великом и преславном. Они открывают тайны веры, пророчества и волю Божию людям, то есть являются проводниками Откровения.
Ангелы (1 Пет. 3:22) наиболее близки к людям. Они возвещают намерения Божий, наставляют в добродетелях и святой жизни. Они охраняют верных, удерживают нас от падений, восставляют падших.
Святитель Дионисий Ареопагит сознает несовершенство такой систематизации. Он пишет: "Сколько чинов небесных существ, какие они и каким образом у них совершаются тайны священноначалия, в точности знает один Бог, Виновник их иерархии; знают также и они сами свои собственные силы, свой свет, священное их и премирное чиноначалие. А нам об этом можно сказать столько, сколько Бог открыл нам через них же самих, как знающих себя".
Подобным образом рассуждает и Блаженный Августин: "Что есть Престолы, Господства, Начала и Власти в небесных обителях, непоколебимо верую и что они различаются между собой, содержу несомненно; но каковы они и в чем различаются между собой, не знаю".
Некоторые святые отцы считают, что перечисленные девять чинов далеко не охватывают все существующие ангельские чины, имеются и другие, которые откроются лишь в Будущем Веке (Еф. 1:21).
Известный православный богослов протоиерей Иоанн Мейендорф считает, что для христианской традиции иерархическая структура ангельского мира, предложенная Дионисием Ареопагитом, представляет большие неудобства. "Ветхозаветная ангелология сложна и никак не укладывается в иерархию Дионисия. Так, Серафим в книге пророка Исайи является непосредственным посланником Бога (в системе Дионисия Серафим должен был бы использовать нижележащую иерархию). Церковь чтит Архангела Михаила как главу Небесного воинства (в Послании Апостола Иуды он сражается с сатаной), однако в системе Дионисия архангельский чин - один из низших в небесной иерархии". Это было замечено святыми отцами, поэтому они принимали иерархию Дионисия с оговорками. Так, святитель Григорий Палама утверждает, что Воплощение Христа нарушило первоначальный порядок: в нарушение всех иерархических рангов Бог послал Архангела Гавриила, то есть одного из низших Ангелов, объявить Деве Марии благую весть о Воплощении. Отражая ту же мысль, песнопения праздников Вознесения и Успения провозглашают, что Ангелы удивились тому, что человеческая природа Христа и Богоматери "восходит от земли на небо" совершенно независимо от ангельской иерархии.
Итак, следует иметь в виду, что классификация Небесных Сил Дионисия Ареопагита достаточно условна и схематична, она неспособна удовлетворительно объяснить некоторые факты Откровения и явления духовной жизни. Например, если строго следовать схеме Дионисия, то наше общение с Богом возможно только через Ангелов. Однако в Священном Писании сколько угодно примеров общения людей с Богом без посредства Ангелов.
АРХАНГЕЛЫ
В канонических книгах Библии упоминаются всего два имени Архангелов:
1) Михаил (с евр. - "кто как Бог"; Дан. 10:13; Иуд. 1:9) - Архистратиг бесплотных Сил.
2) Гавриил (с евр. - "муж Божий"; Дан. 8:16; Лк. 1:19) - служитель Божественной крепости и вестник тайн Божиих.
Четыре имени встречаются в неканонических книгах:
3) Рафаил (с евр. - "помощь Божия"; Тов. 3:16) - целитель недугов.
4) Уриил (с евр. - "огонь Божий"; 3 Езд. 4:1) - служитель Божественной любви, возжигающий в сердцах любовь к Богу и просвещающий светом Богопознания.
5) Селафиил (с евр. - "молитва к Богу") - служитель моления, научающий молитве.
6) Иеремиил (с евр. - "высота Божия"; 3 Езд. 4:36).
Кроме того, благочестивое предание говорит еще о двух Архангелах:
7) Иегудиил (с евр. - "хвала Божия") - помощник в трудах и ходатай наград труждающимся во славу Божию.
8) Варахиил (с евр. - "благословение Божие") - служитель Божиих благословений.
Существует мнение, что семь из них предстоят престолу Божию. В этом смысле трактуются следующие слова из Откровения Иоанна Богослова: "Благодать вам и мир от Того, Который есть, и был, и грядет, и от семи духов, находящихся перед престолом Его" (Откр. 1:4). Это, конечно, довольно условное толкование. Точный смысл этого текста от нас сокрыт.
Существуют молитвы с прошениями к каждому из Архангелов соответственно их служению.
1. Святый Архангеле Михаиле, победителю, победи страсти моя.
2. Святый Архангеле Гаврииле, вестниче Божий, возвести мне час смертный.
3. Святый Архангеле Рафаиле, целителю, исцели мя от болезни душевныя и телесныя.
4. Святый Архангеле Урииле, просветителю, просвети моя чувства душевныя и телесныя.
5. Святый Архангеле Иегудииле, прославителю, прослави мя добрыми делами.
6. Святый Архангеле Селафииле, молитвенниче, моли Бога о мне, грешнем.
7. Святый Архангеле Варахииле, благословителю, благослови мя, грешнаго, всю жизнь провождать в душевном спасении.
8. Святый Ангеле Божий, Хранителю мой, сохрани душу мою грешную.
9. О Пресвятая Владычице моя Богородице, вся Небесныя Силы святых Ангел и Архангел и вси святии, помилуйте мя, помозите мне в жизни сей, во исходе души моея и в Будущем Веце. Аминь
ИКОНОГРАФИЯ
Ангелы (с греч. – вестник) – существа, одаренные бессмертием, свободой воли, высокими способностями и могуществом. Ангелы – бесплотные духи и поэтому для людей невидимые. Тем не менее имеется развитая иконография ангельских чинов. Как изобразить то, что недоступно нашему физическому зрению? Возможно ли это сделать живописными средствами? Ответ однозначен: да.
Изображение ангелов на иконах – набор символов, которые передают не внешний вид, а идею ангелов как посланцев Божиих: крылья – символ быстроты и всепроникновенности; посох – символ посланничества; зерцало (сфера в руке с изображением креста или аббревиатуры имени Спасителя) – символ дара предвидения, которым наделил ангелов Бог; тороки (развевающиеся ленты в волосах) – символ особого слушания Бога и послушания воле Его; облик прекрасного юноши – символ совершенства. Возникает вопрос: правомочна ли именно такая изобразительная символика и есть ли для нее основания? Ответ дает Священное Писание.
Святой Дионисий Ареопагит, внимательно изучив все места Ветхого и Нового Заветов, где есть упоминание об ангелах, их явлениях людям, и обобщив все эти сведения в книге "О небесной иерархии", выделяет девять ангельских чинов: серафимы, херувимы, престолы как отмеченные наибольшей близостью к Богу; далее – господства, силы, власти и, обращенные непосредственно к человеку, – начала, архангелы и ангелы.
Иконографический канон предусматривает изображения только тех ангельских чинов, описания которых есть в Священном Писании, как, например, в книге пророка Иезекииля и в Откровении святого Иоанна Богослова.
Исходя из этих текстов и сложилась иконография следующих ангельских чинов: серафимы изображаются шестикрылыми, херувимы – четырехкрылыми, престолы – в виде колес со множеством глаз на ободьях – ...и плеща их исполнена очес... (Иез. 1, 18). (Изображения высших ангельских чинов представлены на иконе "Спас в силах". Изображения ангелов можно увидеть и на иконах Божией Матери, а также на иконах двунадесятых праздников. – Авт.)
Изображения архангелов занимают особое место и в храмовой росписи, и на переносных иконах, и в иконостасе.
Фигуры архангелов Михаила и Гавриила, ангелов-хранителей изображаются и в полный рост, и по пояс, и оплечно.
ИУДЕЙСКАЯ И ХРИСТИАНСКАЯ МИФОЛОГИЯ.
Общие понятия.
Составила Айса.
Ангел (angel) — «вестник», «посланец» — это бесполое бесплотное существо, назначение которого — служить Богу, воюя с его врагами, воздавая ему честь, неся его волю стихиям и людям. Самый низший чин в ангельской иерархии по Псевдо-Дионисию.
Ангельские чины — в христианской традиции иерархия ангельских существ, разработанная Псевдо-Дионисием Ареопагитом (V или нач. VI в.) и утверждённая папой Григорием I. Содержит 9 чинов, разбитых по 3 на 3 триады (от низшего к высшему): ангелы, архангелы, начала, власти, силы, господства, престолы, херувимы, серафимы.
Асия (Assiah) — «сделанный», «действие» — самый нижний, материальный мир. Эзотерически соотносится с физическим миром.
Ацилут (Atziluth) — высший мир, ближайший к Богу. Он однороден, не имеет границ и творений, и существовать в нём может только Бог. Эзотерически соотносится с духовным миром.
Брия (Briah) — «рождённый», «творение» — второй мир после Ацилута. Здесь уже появляются границы (ограничения), и находиться в нём могут только 7 архангелов (Михаэль, Метатрон, Рафаэль, Уриэль, Гавриэль, Разиэль, Кассиэль). Эзотерически соотносится с ментальным миром.
Ецира, Иецира, Йецира (Yetzirah) — «сотворённый», «формирование» — третий мир после миров Ацилут и Брия. Имеет чёткие границы, населён ангелами. Эзотерически соотносится с астральным миром.
Лилит (Lilith) — согласно одному из преданий — первая жена Адама. Позднее стала восприниматься как демоническое существо и мать демонов (в противоположность Еве). В эпоху Возрождения в европейской литературе Лилит обрела образ прекрасной, соблазнительной женщины, способной менять своё обличье.
Серафим (seraph) — «огненный», «пламенеющий» — шестикрылые ангелы, наиболее приближенные к Богу (высший ангельский чин). Символизируют очищающий огонь духа.
Сфира (sefiroh, sefiroth, sefirah) — согласно книге «Сефер Ецира», это слово происходит от «сифра» (цифра). Всего существует 10 сфирот, соотносящихся с «идеальными» цифрами от 1 до 10. Каждая сфира имеет имя, отражающее её характер, свойства и наначения.
Херувим (cherub) — в иудаистической и христианской традиции ангелы-стражи. Означают присутствие божества и являются стражами священных вещей и хранителями порога. Четыре херувима, изображаемые иногда как существа, а иногда как мистические фигуры с четырьмя головами человека, льва, быка и орла, — стражи четырех углов Трона Господа и четырех пределов рая. Они символизируют также четыре природные стихии и держат пылающие мечи проницательности, охраняя вход в рай и центр рая, недоступные для невозродившегося человека. Являются и защитниками человеческих душ (ангелами-хранителями). Второй по близости к Богу ангельский чин.
Ангелы
Необходимая оговорка: все окончания имён ангелов приведены в соответствии с каббалистическим написанием, то есть привычные нам «-ил» заменены на «-эль»
Ариэль (Ariel) — «Бог — лев». Управляет воздухом (эфиром) и водами. Происходит из чина Сил, изображается с головой льва.
Гавриэль (Gabriel) — «Строгость Бога» — связан с понятием наказаний, взысканий, ограничений. Также он считается управителем огня. Иногда изображался как женщина.
Метатрон (Metatron) — «Князь Божественного Лика». Является своеобразным «секретарём» Бога, у которого очень много поручений и обязанностей. Имеет 36 крыльев и бесчисленное количество глаз. Ангельское воплощение человека по имени Ханох.
Михаэль (Michael, Mihael, Mikael) — «Кто подобен Богу» — верховный архистратиг небесного воинства в битве с Сатаной. Его оружием служит пламенный меч.
Нуриэль (Nuriel) — «Огонь Бога» — ангел ливней. Имеет вид орла. Место обитания — второе небо.
Разиэль (Raziel) — «Ангел Божественной тайны», «Ангел, раскрывающий тайны мироздания» — ангел-хранитель Божественных тайн.
Рафаэль (Raphael) — «Врач Бога» — излечивает больных и облегчает страдания.
Сандал(ь)фон (Sandalfon) — «Сандальщик» — осуществляет связь между «верхними» и «нижними» мирами (аналогия с древними сандалиями, крепящимися ремешками к ногам). Так же является «ангелом союза обрезания». Ангельское воплощение пророка Илии.
Уриэль (Uriel) — «Свет мой — Бог». Согласно книгам Еноха — один из семи святых ангелов, поставленных Богом «над миром и над тартаром». Начальник над всеми небесными светилами.
Св. Дионисий Ареопагит. «О небесной иерархии»: http://mag.org.ua/libtxt/34-1
http://www.ikona.ru/angel.html
http://www.kiev-orthodox.org/qv/16/gramota.htm
Пневматология: http://www.ournet.md/~simon77/webpage1.html
В.Дьяков. «Ангелология теистических религий»: http://diakoff.kurskzerno.ru/angel.htm.
|
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
Location: Minsk | Идет неделя Страстей Христовых. Время тяжелых испытаний, для тех, кто решился идти за Господом. Я люблю Владыку Антония и его слово. Проповеди на Страсной Седмице 1980 года, поддержали меня сегодня. Митрополит Сурожский Антоний Страстная седмица Понедельник. 31 марта 1980 г. Мф 24:3—35 Понедельник Страстной седмицы дает нам в евангельских чтениях картину Суда и картину того, на чем основан Суд Божий. Суд приходит к каждому человеку, не только верующему, но и неверующему; есть моменты в жизни, когда мы вдруг оказываемся перед лицом последствий своих слов или своих поступков и видим, во что вылилось праздное слово, легкомысленный поступок, какие страшные последствия бывают из него. Есть моменты, которых никто не избежит: это — час смертный, и в этот час всякий человек — был ли он верующим или был он безбожником в течение всей своей жизни — оглядывается на свою жизнь и ставит перед собой вопрос: зачем я жил? Не напрасно ли я прожил долгую жизнь? Скопил казну, получил какие-нибудь научные знания, достиг высокого положения в обществе или, может быть, просто честно как будто трудился — и вдруг оказывается, что все это осквернено тщеславием, желанием сделать карьеру, и притом с готовностью добиться своего за счет другого человека и за счет собственной совести. И когда перед человеком ничего больше не остается, кроме грядущей смерти, тогда все становится на свое место, тогда человек говорит себе: стоило ли подличать, стоило ли лицемерить, стоило ли обманывать, лукавить, предавать, пресмыкаться, быть недостойным себя самого? Скрывать свою низость от жены, от матери, от друзей, чтобы они увидели только успех, когда теперь все это приходит вот-вот к концу? Эта тема Суда должна встать перед каждым человеком. Человек совестливый, человек честный должен был бы задавать себе этот вопрос изо дня в день и никогда не допускать, чтобы день прошел без того, чтобы был произнесен суд, и если этот суд осуждает нас — чтобы было исправлено или, по крайней мере, не повторено то, за что совесть наша нам говорит: ты не прав! Аминь. Вторник. 1 апреля 1980 г. Мф 24:36—26:2 Во вторник в евангельских чтениях продолжается тема о Суде, она окрашивается напоминанием о том, что придет день, когда во всей Своей славе, во всем Своем величии Бог станет уже въявь не только перед совестью человека, но перед всем миром. И тогда, как говорится в Евангелии, восплачутся все племена земные (Мф 24:30), каждый человек станет перед лицом этого последнего Суда. И страшен этот Суд не тем, что Судья грозен, не тем, что закон суров, страшен этот Суд тем, что тогда откроется перед нами, что единственным смыслом жизни была любовь — жертвенная, кроткая, ласковая, правдивая любовь, и что мимо этой любви мы все прошли, за редкими, редкими исключениями. И другие картины встают: Христа хотели уловить в слове, чтобы привести к смерти, уловить, как паук старается уловить мошку. Для этого прибегали именно к тем же приемам, к которым прибегает паук: ко лжи, к лицемерным вопросам под личиной добра, ожидая, что Он ответит «не то» и Его можно будет уличить, к лукавым вопросам и, наконец, к прямому предательству. Эти разные способы уничтожения человека и сейчас имеют место или, вернее, к ужасу нашему, играют свою губительную роль среди людей. Каждый из нас должен задуматься, живет ли он правдой. Потому что во лжи жить нельзя: можно только убивать и умирать — убивать свою душу и убивать другого человека. Лукавить нельзя, если мы хотим быть честными, добротными людьми, предавать нельзя, даже свою жизнь нельзя спасти, предав неповинную кровь, как поступили со Христом. Аминь. Среда. 2 апреля 1980 г. Лк 10:25—37; Лк 19:1—10; Мф 10:1, 5—8; Мф 8:14—23; Мф 25:1—13; Мф 15:21—28; Мф 9:9—13 В среду Страстной седмицы во многих храмах совершается таинство соборования. Соборование — это молитвенный чин, служба, обращенная к Богу об исцелении души и тела всех людей, которые участвуют в ней. Впервые эта служба была совершена всенародно во время севастопольской осады. Тогда все жили под опасностью смерти, болезни разразились во всем городе, раненые умирали, живые и здоровые ожидали своего конца. И вот местный епископ всех призвал к покаянию, к исповеди, к очищению своей совести и к совершению этого таинства. Этот обряд прежде всего покаянный, а в ответ на наше покаяние Господь изливает на нас Свою благодать прощения грехов и телесного исцеления. Основой, сердцевиной этого обряда является наше покаяние. И в предыдущие дни мы вдумывались в смысл своей жизни, стояли перед судом своей совести, созерцали приход Господень и последний над нами Суд любви и правды, который должен нас подготовить именно к личному покаянию. Человека физически убивает не только пуля или болезнь; физически человека разрушает и его нравственное состояние: зависть, ненависть, горечь, злоба отравляют человека не только душевно, но и телесно. И поэтому неудивительно, что, прежде чем приступить к Богу, принести Ему свое тело болящее, страждущее, со словами: «Господи, исцели!» — мы призываемся каяться во всем том, что в нас есть дурного. Исцели — то есть сделай меня цельным, оздорови меня до конца, пусть во мне будет сплошная гармония тела, и души, и духа, пусть я войду в совершенную гармонию с Богом, к которой призван человек. Так вот, если кто из вас, сейчас слушающих меня, будет подходить к этому таинству, произведите над собой внимательный, строгий суд, но суд, который с надеждой вас приведет к Богу — с надеждой и уверенностью, что каждому из нас Господь скажет: иди в мире, вера твоя спасла тебя! (Мк 5:34). Аминь. Четверг. 3 апреля 1980 г. Ин 13:31—18:1; Ин 18:1—28; Мф 26:57—75; Ин 18:28—19:16; Мф 27:3—32; Мк 15:16—32; Мф 27:33—54; Лк 23:32—49; Ин 19:25—37; Мк 15:43—47; Ин 19:38—42; Мф 27:62—66 В четверг вечером читается рассказ о последней встрече Господа Иисуса Христа со Своими учениками вокруг пасхального стола, о страшной ночи, проведенной Им одиноко в Гефсиманском саду в ожидании смерти, рассказ о Его распятии и о Его смерти. Перед нами проходит картина того, что произошло со Спасителем по любви к нам. Он мог бы всего этого избежать, если бы только отступил, если бы только захотел Себя спасти и не довершить того дела, ради которого Он пришел. Разумеется, тогда Он не был бы Тем, Кем Он на самом деле был, Он не был бы воплощенной Божественной любовью, Он не был бы Спасителем нашим. Но какой ценой обходится любовь! Христос проводит одну страшную ночь лицом к лицу с приходящей смертью, и Он борется с этой смертью, которая идет на Него неумолимо, как борется человек перед смертью. Но обыкновенно человек просто умирает, беззащитно, здесь происходило нечто более трагичное. Своим ученикам Христос до этого сказал: Никто жизни у Меня не берет — Я ее свободно отдаю (Ин 10:18). И Он свободно, но с каким ужасом отдавал ее. Первый раз Он молился: Отче, если Меня может это миновать — да минет. И боролся. И второй раз Он молился: Отче! Если не может миновать Меня эта чаша — пусть будет. И только в третий раз, после новой борьбы, Он мог сказать: Да будет воля Твоя. Мы должны в это вдуматься: нам всегда — или часто — кажется, что легко было Ему отдать Свою жизнь, будучи Богом, Который стал человеком. Но умирает-то Спаситель наш Христос как человек: не Божеством Своим бессмертным, а человеческим Своим, живым, подлинно человеческим телом. И потом мы видим распятие, видим, как Его убивали медленной смертью и как Он без одного слова упрека отдался на муку. Единственные слова, обращенные Им к Отцу о мучителях, были: Отче, прости им: они не знают, что творят! Вот чему мы должны научиться: перед лицом гонения, перед лицом унижения, перед лицом обид — то есть тысячи вещей, которые далеко-далеко отстоят от самой мысли о смерти, — мы, посмотрев на человека, который нас обижает, унижает, хочет уничтожить, должны повернуться душой к Богу и сказать: Отче, прости ему: он не знает, что делает, он не понимает смысла вещей. Аминь. Пятница. 4 апреля 1980 г. Мф 27:1—38; Лк 23:39—43; Мф 27:39—54; Ин 19:31—37; Мф 27:55—61 Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Мы видели сегодня вечером смерть Христа, но мы провозглашаем, что и в самом гробе тело Христово не узнало тления, ибо Его Божество пронизало Его плоть так же совершенно и навеки нераздельно, как Оно пронизало Его человеческую душу. Христос умер, и теперь мы созерцаем образ Христа во гробе, но помните Его слова: если зерно не умрет, оно не принесет плода (Ин 12:24). Только то может воскреснуть в вечности, что умерло во временной жизни. И в то время как мы созерцаем Христа во гробе, покоящегося плотью Своей от страданий, которые Он перенес, Его душа, сияющая всей славой Божества, сходит в место, которое мы называем адом, или шеолом, в место, где находилась всякая душа человека, праведного или неправедного, умиравшего после того, как человечество было отторгнуто от совершенства общения с Богом. И Он наполняет это место Своим присутствием, так что ада не стало больше; победа над адом — это конечная, окончательная победа Христа над смертью. Ад узнаёт теперь о своем окончательном и полном поражении. Это мы услышим завтра ночью, но литургия завтра утром, как бы продолжая победное пение «Аллилуйя», которое уже есть провозглашение Воскресения, будет совершаться, после чтения Апостола, в белых одеждах, потому что мы знаем о победе Христа, хотя еще не стояли перед лицом всей славы этой победы. Будем же подходить к животворящему гробу, кланяясь ему земно, благоговея перед любовью Бога, отдавшей Сына Божия на смерть за нас, и будем поклоняться в то же время тайне Его победы и ждать минуты, когда весть о Воскресении достигнет до нас. Будем подходить в тишине и благоговении, в благодарности и смирении — и с радостью в сердцах наших. Аминь. Суббота. 5 апреля 1980 г. Мф 27:62—66; 28:1—20 Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Блаженны мы: в часы, отделяющие нас сейчас от провозглашения Воскресения Христова, мы ожидаем его, мы знаем, что оно случилось, знаем, что сошествие во ад есть победа над адом, а не конечное поражение Человека Иисуса, распятого на Голгофе. Апостолы этого не знали; в эти часы, которые мы будем проводить, предвкушая радость наступающей ночи, они были во тьме, в безнадежности и страхе. И когда оказалось, что страх их был напрасен, что победа одержана там, где они видели поражение, они принесли нам благую весть. Проведем же эти остающиеся часы с теплым, благодарным чувством, ожидая, чтобы весть дошла до нас, но радуясь за миллионы людей, которые были в тени смерти, во мраке отделенности от Бога, пока Сам Бог не пришел внезапно в место предельной оставленности. Будем думать о них; и будем благодарить Бога за них и за всех тех, которые ушли из этой жизни, но не умерли, а уснули сном успения: за наших умерших родителей, наших умерших предков, наших друзей, членов этого прихода, людей ведомых нам и неведомых: смерти больше нет. Потому что жало смерти заключалось в конечном отделении от Бога и отделенности от нашего ближнего, и этого больше не существует. Теперь это только временная разлука души и тела, время, когда тело будет отдыхать и рассыплется в прах, тогда как душа будет оживать все более и более, как все разгорающееся пламя, до дня, когда будет восстановлена цельность, когда мы воскреснем и заживем жизнью Божией вовеки. Аминь. |
|
| |
|
Founder
Status: Offline
Posts: 897
Location: Minsk | Христос Воскресе! Дорогие мои, сегодня смерть навсегда упразднена, теперь смерть мы называем успением, временным сном. И когда умираем, мы уходим не в бездну отчаяния и Богооставленности, а к Богу, возлюбившему нас так, что Он Сына Своего единородного, единственного, возлюбленного отдал, чтобы мы поверили в Его любовь и были спасены. Мы любимы и спасены – потому, что спасение наше не от нас зависит, а от этого чуда Любви. А мы – чем мы можем отозваться, ответить на эту любовь? Мы можем благоговейно принять ее в сердце и в свою жизнь, с детским изумлением предстоять перед эти чудом непобедимой Божественной любви. И если мы это поняли, тогда мы можем всю жизнь благодарить. Превратить всю жизнь в благодарение: не по долгу поклоняться Богу, не по необходимости исполнять Его заповеди. И всю жизнь, без остатка, сделать не словом благодарности, а живой благодарностью, так любить каждого человека, как его возлюбил Бог: до конца. Воскресение – новая жизнь. Но чтобы войти в нее и быть в ее полноте мы умираем не телесной смертью, а отказом от всего себялюбия, от искания своего, открываемся Богу, открываемся другим, живем для других. Оставив все ветхое, мы встречаем все новое. И тогда мы с открытой радостью взглянем Ему и каждому человеку в лицо. Христос Воскресе! |
|
| |
Orthodox
